Печать

Анатолий Омельчук: «Всю жизнь пишу одну-единственную книгу — «Книгу Сибири»

«Писал одну конкретную книжку, но не знал, что написал свод», — Омельчук старается быть сдержанным, но в глазах радость. Анатолий Омельчук признается: авторское честолюбие тешит. Он не считает себя романтиком. Сам себя называет беспощадным прагматиком с лирическими отступлениями. Большая литературная премия Союза писателей России вручена Анатолию Омельчуку за за свод произведений «Книга Сибири». Сам писатель считает, что пишет больше о поэзии жизни.

— Высочайшая оценка писательского труда?

— Не будем преувеличивать. В литературном мире лауреат любой премии считает ее высочайшей оценкой.

— Вы удостоены премии Союза писателей России не за одну отдельную книгу, а практически за все, что вы написали. Оценка писательской жизни?

— Приятна формулировка «За свод произведений о Сибири». Свод — древнее русское слово, которое применялось лишь к летописям.

— Вас часто называют летописцем Сибири…

— Я не летописец. Мои книги — почти чистые эмоции, много размышлений, а летописец констатирует. Он фонограф, историк. К святому благороднейшему ордену краеведов тоже не отношусь. В моих книгах часто поминается мой родной поселок Могочино, но я не могочиновед.

Флеш-бук, представленный в Союз писателей России, тот, в котором 38 книг Анатолия Омельчука о Сибири, удостоен Большой литературной премии. Кстати, вы знаете, как переводится английское «флеш»? Стрела. Книга-стрела. Из века в век летит книжная стрела Анатолия Омельчука. Недаром писатель больше ценит поэзию жизни и больше в своей прозе пишет о ее высокой поэзии.

Церемония награждения по традиции проходила в Центральном доме литераторов, где собрался цвет многонациональной российской литературы.
«ЦДЛ, созданный в советские времена, — делится писатель, — не помню, Сталиным или Фадеевым, одна из лучших их задумок. Литературная площадка, где и в XXI веке собираются писатели, поэты, литераторы, критики. В других странах ничего подобного нет. Писатели разобщены — живут и творят по своим кельям. Творцы обречены на одиночество, писатель — анахорет по сути своего творчества и человеческого подвига. И в то же время они тянутся друг к другу. Известно, из чего писатели черпают вдохновение, — замечает Анатолий Омельчук чуть с иронией. — В этом уникальном историческом месте — в ЦДЛ и состоялось награждение лауреатов Союза писателей. Среди лауреатов-2017 — Станислав Куняев, Владимир Скиф из Иркутска — из последователей Валентина Распутина, Николай Беседин из Вологды — сверстник Николая Рубцова, из Тюмени — Анатолий Омельчук и его «Книга Сибири», которую он пишет всю свою жизнь. Кстати, многие сюжеты вышли из его первой книжки «Салехард», где он впервые упоминает имена Константина Носилова и Александра Кастрена. Позже появились книги: «К. Носилов» и «Манящий свет звезды Полярной».

— Анатолий Константинович, а была речь лауреата?

— Каждому было дано минуты полторы для того, чтобы сказать самое важное… Признаюсь, всегда с некоторой внутренней тревогой и напряжением слушаю, как цитируют великого Ломоносова — по поводу и без повода, кстати и некстати: «Могущество Российское прирастать будет Сибирью». Замечательный русский грамматик и филолог Михайло Ломоносов не совсем точно употребил глаголы — «прирастать будет». В них присутствует оттенок, намек, мол, есть корневая Россия, а Сибирью — подфартила удача — и приросла. Думаю, до XV-XVI веков Россия не знала, что она заканчивается на берегах Тихого океана, что Сибирь — та же естественная, корневая Россия. В своих естественных первоначальных границах до Тихого океана Россия не может не быть великой, у нее нет другого выбора — оставаться великой. Я не опровергаю Ломоносова — чтобы всем было понятно и дошло… до европейцев: Россия со своими немыслимыми сибирскими пространствами дождалась своего часа.

Осознали ли мы, сибиряки, эту великую формулу жизни России?

Русский писатель, сибиряк по роду-племени, по характеру, по жизни и творчеству, Омельчук о сибирской России, о российской Сибири не только пишет, рассказывает, он исследует родную Сибирь. По моему разумению, он — настоящий подвижник. За полтора дня командировки в столицу успел продвинуть реализацию новых проектов. Встретился с московским промышленником и меценатом, нашим земляком Сергеем Козубенко. Где-то в августе в деревне Безрукова, на родине нашего гениального сказочника Петра Ершова уже пройдет первое богослужение в храме Петра Столпника. Козубенко — человек конкретный: сказал — быть памятнику Шукшину в Сростках — и сделал. Памятник Прасковье Луполовой в Ишиме стоит, возрождается храм в деревне Ершово, в строительстве которого в свое время принимал участие и автор «Конька-Горбунка».

«По-моему, мне удалось зажечь Сергея Павловича моей давней идеей проекта «Путем Ермака», — поделился Анатолий Константинович. — Освоение Сибири начиналось с Ермака в Тюмени, закончилось строительством Охотской крепости на Тихоокеанском побережье. Ровно за 55 лет русские первопроходцы освоили это невероятное пространство — сибирскую Россию до Тихого океана. На транспорте ермаковских времен: на лошадях, в повозках, верхом, в санях, в розвальнях, на лодочках, на остяцких обласочках, на оленьих упряжках пройти дорогой Ермака, тропой первопроходцев — за 55 дней путь от Тюмени до Охотска. Федор Конюхов согласие уже дал. Он в своих путешествиях одиночка, но почему бы и не со своей дружиной? Сергей Козубенко — большой товарищ Федора Филипповича Конюхова и, думаю, что он поможет ему в реализации нового сибирского проекта «Путем Ермака».

Что еще придумает наш современник, русский писатель, сибиряк Анатолий Омельчук?

Источник: Людмила Губанова, Тюменские известия №21 (6854)

worldturne.com

www.vozvodimdom.com

Tekstkontent