Печать

НЕ В КОНЯ КОРМ, ИЛИ КАК НАС ОБДИРАЕТ ГОСКАПИТАЛИЗМ

СУБЪЕКТИВНО

Живописать выкрутасы российского госкапитализма можно бесконечно, но пора подвести предварительные итоги. Они не просто печальны, а сокрушительны.

За все время существования новой России её валовой продукт не достиг уровня 1991 года, хотя Росстат показывает его превышение на 13%. Здесь есть повод тихо порадоваться: хорошо хоть, что не утверждают про удвоение ВВП! За четверть века половина производственных фондов, доставшихся в наследие от СССР, превратилась в рухлядь, а две трети достигли критического износа. Чтобы более зримо представить итоги гениального курса власти, добавлю: эта навсегда потерянная материальная база страны стоит 422 триллиона рублей – намного больше того, чего страна лишилась за годы Великой Отечественной войны.

Результаты эти получили два сибирских экономиста: Григорий Ханин и Дмитрий Фомин. Напомню, Григорий Ханин и Василий Селюнин в 1989 г. напечатали в «Новом мире» статью «Лукавая цифра», которая взорвалась бомбой. Пересчет «достижений» СССР по методике авторов показал, что национальный доход за 1928–1987 годы вырос не в девяносто раз, как уверяли ЦСУ и советская пропаганда, а лишь в 6,9 раза!

И в советские годы, и теперешние экономисты использовали методику, которую признали объективной во многих научных центрах мира, но только не в России. Не вдаваясь в подробности (за ними отсылаю в журнал «Знамя», № 8 за этот год), скажу лишь, что изюминка методики в том, что учитывались не только стоимостные, но и натуральные показатели выпущенной продукции, а главное – состояние основных производственных фондов, степень их износа.

Почему это так важно? «Основные производственные фонды, – пишет профессор Ханин, – это физический капитал, важнейший ресурс экономики, который наряду с человеческим капиталом определяет уровень ее развития, влияет на динамику и величину ВВП и на все прочие показатели». Однако в федеральном бюджете на трехлетний период и в прогнозе до 2034 года в принципе "отсутствует системный подход к проблеме износа основных фондов, восстановления материально- технической базы", хотя "это приоритет номер один для восстановления экономики", – говорила при обсуждении бюджета в Госдуме на прошлой неделе Татьяна Голикова, глава Счетной палаты.

В объективном статистическом зеркале совсем иначе выглядит не только динамика валового продукта России за четверть века, но и производительность труда. По Росстату, показатель за это время вырос на 9% с лишним, а по расчетам Ханина и Фомина – рухнул почти на треть. Многие отрасли, где царит государство, тонут в убытках, зато сферы рыночных отношений оказались фантастически доходными.

В итоге, если оценивать производительность труда в натуральных показателях, в целом по экономике Россия в 5-7 раз, а в некоторых отраслях и в 10 раз, отстала от развитых стран. Кстати, цифры эти совпадают с оценками ЦСР Алексея Кудрина.

Немудрено, что производители вынуждены «переводить производства в Штаты, потому что в Штатах дешевле». Между прочим, это цитата из речи президента Путина в июне 2014 года на заседании президентской комиссии по ТЭК. Бизнес не только жалуется – миллионеры, и что печальнее – молодые, все быстрее бегут из страны. К примеру, только за первые 4 месяца количество запросов на покупку недвижимости в Лондоне на треть превысило показатели прошлого года. Самый популярный запрос – квартиры "для себя, семьи или детей", причем в центре британской столицы.

Здесь я позволю не согласиться с Владиславом Иноземцевым, директором Центра исследований постиндустриального общества. Известный экономист пишет: «Главная проблема не в зависимости экономики от цен на нефть и не в уровне огосударствления основных отраслей, а в отсутствии у руководства страны последовательной стратегии развития». Увы, как раз последовательность прослеживается четко.

Еще в начале 2000‑х в правительстве были очень популярны идеи стратегии, основанной на крупных государственных структурах. Дескать, только они способны задать правильную траекторию роста в стратегических отраслях. Кстати, постепенно к их числу стали причислять и те, что сбоку припека. Одна из причин того, что монополистический госкапитализм состоялся легко, кроется не только в предпочтениях силовиков, но и в явной благосклонности представителей либералов во власти. Многие из них до сих пор предпочитают государственные инвестиции и концепции «национальных чемпионов». Но вот, по данным всё той же Счетной палаты, за последние 6 лет государство направило в институты развития 5 триллионов рублей налогоплательщиков, однако цепочка, по которой проходят деньги, позволяет им фактически растворяться без следа.

А вот непонятные и хаотичные рыночные силы, конкуренцию, малых и средних предпринимателей хотя поминали и в стратегиях, и в речах (ну как же без них!), однако ходу не давали. К примеру, Герман Греф лично вычеркнул из перечня реформ программы своего имени раздел о демонополизации экономики (который неизменно присутствовал в более ранних версиях реформ в 1997–1998 годах). Сегодня и Греф говорит о приватизации, в том числе – Сбербанка, однако факт из песни не выбросишь. Да и позже центнеры бумаги и сотни миллионов потратили на сочинение стратегий, которые вышли из-под пера коллективов вроде бы ведущих экономистов страны. И что? Кто о них помнит сегодня, не говоря уж о том, чтобы достичь поставленных в этих стратегиях целей?

Я уже писал, что наши поклонники госкапитализма в качестве ориентира с восторгом указывали на успехи Китая под водительством государства. Однако эти люди помалкивали о том, что на Востоке никогда не было самого важного: идеи свободы человека от государства. К тому же за бурными темпами роста китайские бюрократы наплодили города- призраки, по стране мчатся полупустыми скоростные пассажирские поезда, когда в дефиците скоростные грузовые магистрали. В последние годы государство спохватилось и снизило свое участие в экономике до 40%, а 80% рабочих мест в Поднебесной создал именно частный бизнес.

В Южной Корее, другом маяке наших государственников, недавно по обвинению в коррупции снята с поста президента Пак Кын Хе, а её подельник вице-президент Samsung Ли Чжэ Ен сел на 5 лет в тюрьму. Да, чеболи, богатейшие семейные кланы, вывели Корею в первую пятерку стран мира, однако во многом сработали теснейшие связи чеболей с властью. И сегодня они же подводят экономику к кризису. Глава антимонопольного регулятора, прозванный снайпером по чеболям, стал инициатором президентской реформы, меняющей структуру собственности. Но России неймется.

Профессор Ханин предупреждает: «На экономический рост надеяться не стоит… Чтобы просто сохранить наше место в мировой экономике, объем вложений нужно увеличить примерно втрое. Чтобы это осуществить за счет внутренних источников, личное потребление населения должно сократиться вдвое, стать примерно как в СССР первой пятилетки. Предупреждение от Минэкономразвития о стагнации уровня жизни в ближайшие пятнадцать лет, по сравнению с нашими данными, – мелкая неприятность».

Между тем гримасы, подобные китайско-корейским, только куда как гротесковые, давно проступили на физиономии родного госкапитализма. Суперкорпорация «Ростех», о которой я писал в прошлом номере «ТП», увидев наконец драйвером роста «умную» гражданскую продукцию, вознамерилась с нынешних 30% поднять её долю к 2025 г. до половины. Намерение похвальное, однако не факт, что «умные» вещи получатся конкурентоспособными и по качеству, и по цене. Усомниться есть причины. Самая известная инициатива Ростеха на этом поприще – «первый российский смартфон» YotaPhone, вложения в который оценили в $50 млн. «Короче, Apple напрягся», – заявил премьер Медведев в 2013 г., осмотрев разработку. Похоже, Apple воинственную реплику премьера не услышал. За два года Ростех продал менее 100 тыс. своих смартфонов, тогда как Apple только в 2016 г. – 216 млн, а Samsung – 309 млн. Проект Ростеха не окупился.

Недавно Ростех объявил о разработке планшетов, а в начале сентября свердловским школьникам раздали «электронные учебники» в качестве эксперимента. Правда, местные СМИ писали, что под видом российских оказалась американская модель 5-летней давности. Ростеховцы кинулись было опровергать, однако признали: в основе действительно американская разработка, усовершенствованная в России и собранная в Китае. О качестве, цене и окупаемости проекта умалчивается.

Вот что писал о предрассудках, подобных российским, гениальный экономист и философ Людвиг фон Мизес: «Любой полудурок может взять кнут и заставить других людей подчиниться. Но чтобы служить народу, нужны голова и кропотливый труд. Неумелый специалист всегда будет стремиться к бюрократическому господству… В основе этой фанатичной пропаганды часто нет ничего, кроме внутреннего осознания своей неполноценности и никчемности… Тот, кто не в состоянии служить своим согражданам, хочет управлять ими… Капиталистическая разновидность конкуренции состоит в том, чтобы превзойти других на рынке, предлагая лучшие и более дешевые блага. Бюрократическая разновидность заключается в интригах при «дворе» власть предержащих». Вот и Ростех, заявивший, что возглавит технологический прорыв России, на самом деле ведет в тупик, подавляя конкурентов-частников.

Критики госкапитализма особо упирают еще и на тот факт, что он плодит непомерную бюрократию. А она, глядя в рот начальникам, далека от критериев эффективности и прибыльности. Что правда – то правда. Однако с этого пункта раскручивается гибельность не только экономики, но и общества. Ведь государев человек в любом учреждении или корпорации – не только служивый, но также избиратель. И эта двойственная ипостась ставит перед сложным выбором.

В положении бюрократов или наемников госкорпораций люди могут осознавать, что подобная модель в конце концов развалит экономику. Однако великий соблазн как можно больше получить здесь и сейчас из казенной кормушки чаще всего диктует, за кандидата какой партии проголосовать в день выборов. Еще раз обращусь к Мизесу. «Представительная демократия, – писал великий мыслитель, – не может существовать, если значительная часть избирателей получает плату от государства. Если члены парламента считают себя уже не доверенными лицами налогоплательщиков, а представителями тех, кто получает жалование, заработную плату, субсидии, пособия по безработице и другие доходы от государственного казначейства, демократии приходит конец».

Однако большинство россиян двумя руками голосуют за полную национализацию экономики. Видно, мало им того, что именно по этой причине рассыпался Советский Союз – в ту же пропасть люди хотят сбросить и останки нынешней экономики. А следом – собственное благополучие, да и страну?

Источник: Игорь ОГНЕВ, Тюменская правда

worldturne.com

www.vozvodimdom.com

Tekstkontent